Древняя штольня в Ясненском районе Оренбургской области.

Восточное Оренбуржье, как никакая другая часть области, богато аномальными, загадочными явлениями. Речка Котансу, как и одноимённое село возле неё, находится на равнине. По рассказам местных жителей. штольню ещё в середине девяностых исследовали какие-то специалисты с дозиметрами. После чего категорически запретили входить внутрь. Назвали число 36. Чего – никто не знал. В 2005 году была проведена экспедиция, целью которой как раз и было - провести радиационные замеры. Это событие освещалось в газете "Оренбуржье" 9 июня 2005 года.

Итак, допустимая доза радиационного облучения должна была составлять 0,017 миллирентген. Если имелось в виду 0,036, то норма, конечно, была превышена вдвое, однако особой опасности еще не представляла. Если же подразумевалось 36 целых без нуля, то «звенела» бы, по идее, вся гора, а у местных жителей были бы проблемы со щитовидной железой. Ничего подобного вроде не наблюдалось.

Весной вход в пещеру заливает водой. Штольня, узкая при входе, дальше расширяется. В высоту она не менее двух метров и, судя по всему, вырублена в скале вручную. Вряд ли вода и время смогли так отточить уступы в скальной породе. В трещины просачивались капельки влаги. Так что возможно, и не радиация вовсе, а естественные завалы породы представляют наибольшую опасность для исследователей.

Были досконально исследованы все камни в округе. Фон колебался от 0,016 до 0,024 – не страшнее асфальта в центре Оренбурга.

Разыскивая в деревне фонарик и сапоги (т.к. пол пещеры был в жидкой грязи), участники экспедиции познакомились с учительницей географии Любовью Владимировной Кистановой. Она когда-то водила учеников на экскурсии в пещеру и хорошо помнила её расположение. С её слов, штольня метров на сто уходила в глубину, а затем двумя коридорами направо и налево. Старики вспоминали, что здесь в двадцатые годы укрывались басмачи. И чекисты, как ни старались, найти их в этой штольне никак не могли. Уже при советской власти, говорят, из штольни добывали камень на фундамент. Непонятно только, как его оттуда вывозили – вход располагается прямо над водой. Не на лодках же!

Предстояло пройти штольню до конца. Фонари так и не смогли раздобыть. Если они и были у кого-то из сельчан, то без батареек. А подсветить пещеру спичкой рука не поднималась – горючий подземный газ часто не имеет запаха. Сверху за шиворот то и дело падали капли ледяной воды. Штольня уходила вниз, размер её не менялся, и конца–краю ей не было видно. Температура внизу не поднималась выше десяти градусов. То и дело приходилось уворачиваться от острых глыб. Радиация была в норме.

Пройдя метров пятьдесят, у участников экспедиции начала кружиться голова. Дышать стало тяжелее. Решили не рисковать. Было решено, что один из участников экспедиции (Константин АРТЕМЬЕВ) пройдёт дальше остальных. Его задача – за контрольное время дойти до конца шахты и замерить радиацию той стены, в которую он упрётся. Если он не объявится через пять минут, все участники экспедиции придут вытаскивать его на поверхность.

До цели оказалось почти двадцать метровых шагов. После чего Константин упёрся в стену из странного шероховатого камня, хотя в целом она была гладкая и почти отвесная. Слева и справа на ощупь громоздились каменные глыбы – никаких дополнительных ходов, ответвлений и коридоров обнаружено не было.

Дозиметр показывыал – 0,016. Радиоактивный фон в конце тоннеля оказался даже ниже, чем в начале.

Голова начала кружиться не на шутку, медлить было нельзя. Необходимо было выбираться, но до этого надо было прошагать всю штольню от конца до начала, измерив длину. Общая длина измеренной таким образом пещеры составила шестьдесят шагов.

Поднявшись на верхнюю точку горы, обратили внимание на две вбитые в землю трубы. Проводник Асхат пояснил, что это дело рук тех геологов, которые сказали о радиации в пещере. Трубы были как раз над штольней. Похоже, их пробили когда-то прямо в пещеру, чтобы поступал воздух. Теперь они были завалены камнями. До первой оказалось тридцать шагов по горе от уровня входа, до второй – шестьдесят.

Всего девяносто. Куда же делись, как минимум, тридцать метров внизу, ведь снизу было отмерено всего шестьдесят? И тут вспомнили о той ровной шершавой стене. Неужели бетон? Кому понадобилось замуровывать часть тоннеля и зачем?

В ту пещеру, вместе с неизвестными геологами спускался Каирхан Актаев, в те года работающий в должности главного зоотехника. Дело было в 1995-м. По словам Каирхана, приезжали из Оренбурга, замеряли радиацию в коровниках. А потом попросили показать эту пещеру, откуда могли доставать радиоактивный камень. Что-то бурили, проверяли своими дозиметрами. Сказали, что в пещере высокий радиоактивный фон. После этого никто туда и не заходит.

О происхождении штольни не знали даже сотрудники Ясненского районного архива. Там сказали, что во всяком случае в ХХ веке в штольне, по имеющимся документам, ничего не добывали. О геологах, о которых говорили отец и сын Актаевы, тоже ничего не известно. Если и были, то не ясненские специалисты.

Шершавая стена, похожая на бетон, оставила за собой не только часть пещеры, но и так и не разгаданную её тайну. И потом, воздвиг же кто-то в пещере вполне осязаемую и рукотворную стену. Зачем? И что за ней?

Материал от группы "Оренбург - Космопоиск"

Comments: